Баста – брутальный джентльмен современной рэп-сцены

 

В этом году Василий Вакуленко (он же Баста) выпустил пластинку «Баста 5» в двух частях, отметив знаковые событие туром по странам СНГ. Сейчас музыкант продолжает работать над новым диском «Лакшери» для проекта Ноггано, и не перестает участвовать в различных музыкальных коллаборациях. Интернет-изданию Pre-party удалось побеседовать с Василием и узнать: о любимой музыке, о звании «народный рэпер» и выяснить, почему лучше ничего не советовать музыкантам.   

 

Здравствуйте, Василий. Совсем недавно Вы представили совместную работу с Аленой Омаргалиевой «Я поднимаюсь над землей». Песню очень тепло приняли меломаны и критики. Расскажите, как давно Вы знакомы с Аленой, и как у вас возникла идея творческой коллаборации?

Я знаю, что она записала этот трек более шести лет назад. Песня «Я поднимаюсь над землей» вошла в альбом «Баста 5. Часть 2». Когда материал попал ко мне в руки, я предложил исполнить песню дуэтом, на что Алена сразу согласилась. Это, своего рода, творческий эксперимент.

 

Сюжет видео не похож на Ваши предыдущие работы. Вы принимали участие в креативном процессе или полностью положились на режиссера?

Нет, не принимал, полностью положился на режиссера.

 

Многие музыкальные критики называют текущий момент «эпохой развития русскоязычного рэпа». Как думаете, с чем связан повышенный интерес публики к подобному стилю?

Рэп-музыка – это форма социальных высказываний. Сегодня мы живем в тревожное время, поэтому такая музыка актуальна, как был актуален русский рок в свое время.

 

 

Рэп-музыка – это форма социальных высказываний.

 

Порой вас называют «народным рэпером». Это связано с социальным подтекстом вашей лирики или с тем, что вы не стесняетесь быть самим собой и говорите правду?

Хмм...(задумывается)…я не знаю. Не знаю, почему так происходит. Я занимаюсь музыкой, делаю ее и все.

 

А такое звание как-то оскорбляет?

Нет, почему оно должно меня оскорблять?

 

То, что ближе к народу вам импонирует?

А, что в этом плохого? Я горжусь своим народом и считаю себя его неотъемлемой частью. Есть люди, которые себя позиционируют, как «музыка для элиты», «особо интеллектуальное», «со специальной направленностью». Ну, это идиоты просто, вот и все. Народность же не несет в себе ничего плохого, то, что одни люди г*вно ‒ это да, а в народном уважении, что плохого? Я горжусь этим, каждый нормальный музыкант, занимающийся творчеством, мечтает о таком.

 

Я горжусь своим народом и считаю себя его неотъемлемой частью

 

После концерта вы общаетесь со своими поклонниками?

Нет, никогда.

 

Западные рэперы до отказа заполняют свои треки дерзкими и колкими словечками, как вы относитесь к использованию нецензурной лексики в треках?

Отлично. И в треках, и в жизни ‒ спокойно. Без ханжества, лицемерия, я так говорю. Кому-то это нравится, кому-то ‒ нет. Дело в уместности, это уже личная ответственность человека. Надеть костюм или его не надевать – это вопрос культуры. То, что человек матерится не делает его бескультурным. Если он считает нужным для усиления образа и в нужном контексте использовать мат, пусть делает.

 

 

Накладывает ли популярность повышенную ответственность на Ваши поступки?

Нет, никогда. Она накладывает ответственность только на тех, кто хочет, чтобы она на них легла. «Где же воспитание», «плохое влияние на детей» ‒ это все комсомольская фигня. Здесь вопрос к родителям, которые ничего не хотят делать для своих детей, хотят сидеть в iPhone, ковыряться в ж*пе, а потом удивляются, почему дети плохо разговаривают с учителями в школе, употребляют наркотики и пьют.

 

То есть перед тем, как вы собираетесь сделать публичное заявление или весомый поступок, вы не задумываетесь, что ваши поклонники будут делать что-то наподобие, копировать?

Я надеюсь на это, я мечтаю об этом!!! (смеется) Мои жизненные взгляды трансформируются в музыку, и я остаюсь верен своим принципам. Ничего нового для своих слушателей, к сожалению, или к счастью, я сказать не могу. Лучше делай хорошо, а еще лучше делай так, как считаешь нужным.  Я стал известным не потому, что говорил, о том, что хотели слушать люди. Я говорил о том, что люди приняли и сказали: «Старик, мы с тобой согласны, ты нам симпатичен». Это как когда сидишь в компании и слушаешь кого-то, понимая: «Нормальные вещи старик говорит, я его поддерживаю». Потом начинаешь общаться, дружить, но может произойти и так, что человек фуфломёт и то, что он говорит ‒ это просто слова. Цель моей жизни – делать так, чтобы все мои слова совпадали с делами.

 

Приходилось ли в начале карьеры с кем-то советоваться?

Я советуюсь всю жизнь. К советам и мнению людей нужно прислушиваться, это круто и важно.

 

 

Мнение какого человека для вас наиболее важно?

Все субъективно.

 

У вас есть несколько параллельных проектов, в частности «Ноггано». В последнем вы работаете над новым альбомом «Лакшери». Заменит ли со временем этот образ Басту?

Нет, невозможно. Я до сих пор не могу вникнуть в эти понятия: «проекты», «альтер эго». Да, они используются, но для меня это немного другое. Это больше реакция на какие-то состояния.

Представьте, если бы все эти люди следовали одному стилю музыки, и мы слушали одно и тоже г*вно, лишённое экспериментов. Я думаю, мы бы сошли с ума, поубивали друг друга. Интересная музыка должна выходить за рамки. Вот люди, которые говорят: «Я знаю, что такое стиль, и я знаю, что такое формат» ‒ это первый враг музыки. Их нужно бить и гнать, чтобы они совсем не подходили к искусству.

А кто эти товарищи «музыкальные критики», и тому подобные присоски к жанру? Люди, которые не имеют никакого отношения к музыке? Они зачастую несостоявшиеся музыканты, лишённые успеха. Музыка сама решает, как ей жить, ей не нужны критики и учителя. Вот если человек делает музыку, и я вижу эту музыку ‒ он для меня лучший критик. Просто своим творчеством он вдохновляет меня на что-то. Слушая музыку, я думаю: «Ну, ничего себе как круто». И не нужно мне объяснять, что это «стилистически обосновано», «у вас тут не так гитарка записана» и так далее. Не надо мне объяснять, что это крутая музыка, я и так это пойму.

 

 

Музыка сама решает, как ей жить, ей не нужны критики и учителя.

 

И последний вопрос, что сейчас слушает Баста в свободное от работы время?

Безумное количество музыки, я слушаю.

 

Что из последнего больше всего запомнилось, возможно, какое-то открытие сделали для себя, например, из украинской эстрады?

Ну, Украина всегда дарит много хорошего. Из последнего Монатик, ONUKA давно слушаю. Украина всегда была хороша и в плане рока. Я до сих пор свожу некоторые свои живые концерты у вас, нравится мне так.

 

А что сегодня слушали перед интервью?

Басту и Алену Омаргалиеву, чтобы слова не забывать, Тати и многое другое.  

 

Как считаете, музыкант должен развиваться и слушать много музыки?

Да. А вот давать советы музыканту – глупое дело. Это личная ответственность музыканта, он идет своим путем. Советы приведут его в тупик, потому что появится муд*к, который будет рассказывать, что можно, а что нет. Кто запретит мне делать музыку, так как я хочу ‒ этому человеку не жить на Земле, это точно.

 

 

Критику на себя читаете?

Конечно, постоянно и прислушиваюсь к объективным советам. Другой вопрос, как я отношусь к оскорблениям? Критикую я себя постоянно, так как много учился музыки и знаю, что и как.

 

 

31.01.2017
Нам удалось, в буквальном смысле слова, “поймать” Санту Димопулос между перелётами в Майами, чтобы уточнить, как всё эту бурную деятельность можно не только совмещать между собой, но и оставлять время...
Далее